Лия не помнила, в какой момент согласилась поехать с Максимом.

Зато прекрасно помнила, что подумала, когда вошла в его номер.

Это был не просто гостиничный номер.

Лучшие апартаменты в Староречье занимали почти весь верхний этаж старой гостиницы у воды. Темное дерево, огромные окна, отдельная терраса, вид на реку и мосты. Даже Лия, которая по работе привыкла замечать интерьер раньше людей, сразу поняла: сюда нельзя было попасть, просто открыв сайт бронирования.

— Все еще считаешь меня обычным туристом? — спросил Максим за ее спиной.

Лия повернулась.

— Я вообще не считаю тебя обычным.

— Уже лучше.

Он поцеловал ее.

На этот раз медленнее.

Без демонстративной силы, с которой прижал ее к себе в баре. Будто теперь никуда не торопился.

Это действовало еще хуже.

Лия хотела сохранить хотя бы иллюзию контроля, но очень быстро поняла, что спорить с собственным желанием бессмысленно. Она сама расстегнула его рубашку, сама потянула ближе, сама позволила этому вечеру зайти туда, куда еще час назад не собиралась.

— Тебе надо было назвать себя «Искушение», — выдохнул Максим ей в волосы.

— А тебе — «Проблема».

— Поздно. Ты уже знаешь мое имя.

— Только имя.

Он задержал взгляд на ее лице.

— Иногда этого достаточно.

— Не для меня.

Максим усмехнулся.

А потом разговор закончился.

Ночь получилась именно такой, какой Лия боялась и хотела одновременно: жаркой, безрассудной и слишком хорошей для случайной встречи. Когда наконец стало тихо, она лежала, закрыв глаза, и слушала, как в ванной шумит вода.

Разум возвращался неприятно быстро.

Вот теперь начиналась та часть, которой она не любила.

Утро.

Неловкие фразы.

«Давай обменяемся номерами».

«Я позвоню».

Или, еще хуже, снисходительное «это была хорошая ночь».

Лия села.

Одежда лежала рядом с кроватью. Она быстро оделась и застегнула платье.

В мусорной корзине лежала использованная упаковка и презерватив. Лия невольно выдохнула с облегчением. Вчера она настолько потеряла голову, что сама даже не подумала о защите.

Это отрезвило окончательно.

Максим был красивым.

Сексуальным.

Опасно притягательным.

Но он все еще оставался мужчиной без фамилии, с молчаливым телохранителем и номером, который обычным людям не бронировали.

Одной ночи было достаточно.

Лия взяла сумочку и вышла, не оставив записки.

***

На улицах Староречья только начинало светать.

Она вернулась в свою гостиницу, сняла макияж, долго стояла под душем и старательно не смотрела на следы его поцелуев на коже.

— Завтра будет новый день, — сказала Лия своему отражению.

Через несколько часов она уедет в Североград.

Откроет ноутбук.

Увидит десятки рабочих писем.

Поругается с коллегами из-за сроков.

И эта ночь останется здесь — между рекой, старым мостом и мужчиной, которого она никогда больше не увидит.

Так было разумнее.

Лия искренне хотела в это поверить.

***

Максим вернулся из ванной и сразу заметил пустую кровать.

Несколько секунд он просто смотрел на смятые простыни.

Такого с ним еще не случалось.

Обычно женщины не исчезали из его постели до рассвета. Обычно они находили причину задержаться, спросить номер, оставить свой, придумать «случайную» встречу через день.

До этой ночи Максим и сам относился к подобным встречам просто: короткое удовольствие, после которого он редко вспоминал даже лица.

Лия почему-то не хотела уходить из головы.

Упрямая.

Дерзкая.

Слишком живая.

Еще в душе он поймал себя на нелепой мысли, что хотел бы снова увидеть, как она огрызается, и проверить, можно ли вообще заставить эту женщину играть по чужим правилам.

Мысль раздражала.

Еще сильнее раздражало то, что она сбежала первой.

Будто от пожара.

Максим вытер волосы полотенцем и уже собирался забыть о странном раздражении, когда увидел блеск между простынями.

Серьга.

Маленькая камелия из серебристого металла.

Он взял ее двумя пальцами.

— Серьезно?

Первая мысль была простой: оставила специально.

Слишком знакомый прием.

Он подошел к корзине.

Рука уже разжалась.

Но серьга так и не упала.

Максим посмотрел на нее еще раз, раздраженно выдохнул и убрал в бумажник.

— Каприз, — пробормотал он.

Не более.

Лия была интересной.

Упрямой.

Слишком живой по сравнению с женщинами, которые заранее знали, чего от него хотят.

Но это не значило, что он станет ее искать.

Он никогда никого не искал.

Телефон зазвонил.

Максим увидел имя на экране и принял вызов.

— Господин Воронцов, — раздался уважительный мужской голос. — Анна Сергеевна спрашивает, где вы.

— Пусть спрашивает.

— Она уже спрашивает у всех остальных.

Максим прикрыл глаза.

— Я возвращаюсь.

Он отключился.

На секунду взгляд снова упал на бумажник.

Потом лицо стало холодным.

Староречье находилось всего в двухстах километрах от Северограда, но никто из тех, кто следил за его графиком, не должен был знать, что он приехал сюда вместо зарубежной поездки.

Слишком много денег исчезло из одного из проектов.

Слишком много документов проходило через людей, которые считали себя неприкасаемыми.

И если хотя бы половина подозрений Тимура подтвердится, в ближайшие недели кому-то в «Воронцов Групп» придется очень плохо.

Максим застегнул часы.

Лия к этому не имела никакого отношения.

Она была случайностью.

Одной ночью.

Красивой ошибкой, которая уже закончилась.

Он сунул бумажник со спрятанной серьгой во внутренний карман пиджака и вышел из номера.

Сначала — Североград.

Потом — люди, которые решили, что могут воровать у него под носом.

А о женщине из Староречья он больше думать не собирался.

— Лия, ты меня слышишь?

Она слышала.

Просто не могла отвести взгляд от мужчины во главе длинного стола.

Максим.

Тот самый Максим, которого она оставила спящим после одной безумной ночи в Староречье.

Только теперь на нем был темный костюм, рядом лежал пла

— Где финальная версия?

Лия смотрела на экран и не верила своим глазам.

На проекторе был открыт файл двухнедельной давности.

Старая планировка ресторана. Старые материалы. Даже таблица по освещению, которую заказчик уже отправил переделывать.

Кирилл стоя