Алина проснулась почти в одиннадцать.

Первой мыслью было: проспала.

Второй — вчерашняя ночь.

Она резко открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок.

Нет.

Лучше бы проспала.

В памяти слишком отчётливо всплыл полутёмный зал, Виктория рядом с Максимом, его голос, его руки, то, каким другим он был, когда не играл роль спокойного отца Кристины и серьёзного владельца компании.

Алина накрыла лицо ладонями.

— Великолепно.

Она спала часа четыре.

Голова была тяжёлой, зато тело, к её раздражению, слишком хорошо помнило то, что она пыталась забыть.

Алина заставила себя встать, переоделась и вышла из комнаты.

Дом казался непривычно тихим.

Она ожидала услышать Кристину, но нигде не было ни музыки, ни её голоса.

Спускаясь по лестнице, Алина уже собиралась написать подруге — и тут почувствовала запах кофе.

Она остановилась.

На кухне кто-то был.

Максим.

Конечно.

Кто же ещё.

Алина всерьёз подумала вернуться наверх и сделать вид, что её вообще не существует.

Поздно.

Максим обернулся.

— Доброе утро.

Она заставила себя улыбнуться.

— Доброе утро, Максим Андреевич.

— Я думал, ты уехала вместе с Кристиной.

У Алины внутри всё сжалось.

— А она уехала?

— Часа два назад.

— Я… поздно легла. Не слышала.

Это хотя бы было правдой.

Максим поставил на стол вторую чашку.

— Тогда садись. Завтракать будешь?

— Не обязательно.

— Это не ответ.

Она посмотрела на него.

Обычный Максим.

Тёмная футболка.

Домашние брюки.

Спокойное лицо.

Никакого намёка на то, что ночью он был совсем другим человеком.

От этого стало только хуже.

— Буду, — сдалась она.

Алина села за стол и тут же пожалела.

Они оказались напротив друг друга.

Максим поставил перед ней тарелку.

— Яйца, хлеб, сыр. Ничего выдающегося.

— Вы готовите лучше половины моих знакомых.

— Очень низкая планка.

Она машинально усмехнулась.

Нормальный разговор.

Вот и всё.

Нужно просто есть, отвечать, потом подняться наверх, собрать вещи и уехать.

Максим сел напротив.

Алина опустила взгляд в тарелку.

Не смотреть.

Главное — не смотреть.

Потому что стоило ей поднять глаза на его руки, как память тут же подсовывала совсем другую картину.

Она взяла кусок хлеба.

Максим наблюдал за ней несколько секунд.

— Ты точно нормально себя чувствуешь?

— Да.

— Алина.

— Просто не выспалась.

— Ты сегодня от меня шарахаешься.

Она едва не подавилась кофе.

— Что?

— Я сказал: ты странно себя ведёшь.

— Вам кажется.

— Мне редко кажется.

Вот это было проблемой.

Алина заставила себя встретиться с ним взглядом.

— Я сидела над проектом почти до утра.

— Кристина сказала, вы закончили ещё вечером.

— У меня оставались свои материалы.

Максим не ответил сразу.

Он просто смотрел.

Не подозрительно.

Скорее внимательно.

Алина почувствовала, как у неё снова начинают гореть щёки.

Если он сейчас спросит ещё хоть что-нибудь, она сбежит.

К счастью, Максим отвёл взгляд к чашке.

— Ладно. Тогда хотя бы поешь нормально.

Алина выдохнула.

Она не знала, что в этот момент Максим испытывал почти такую же благодарность за необходимость смотреть в кофе, а не на неё.

Потому что сегодня с Алиной что-то было не так.

Она избегала его взгляда, краснела от обычных вопросов и всё время словно собиралась вскочить и уйти.

Ещё хуже — Максим снова замечал каждое её движение.

Как она подносит чашку к губам.

Как убирает волосы за ухо.

Как кусает край губы, когда нервничает.

Он резко отбросил эти наблюдения.

Хватит.

Вчерашней ночи должно было быть достаточно, чтобы привести мысли в порядок.

Почему-то не помогло.

После завтрака Алина почти с облегчением собрала посуду.

— Оставь, я потом уберу.

— Нет, я сама.

— Ты у нас гость.

— Я тут бываю чаще, чем некоторые родственники.

— Это правда.

Максим усмехнулся.

Алина отвернулась к раковине.

Слишком легко.

Слишком по-домашнему.

Это делало всё ещё опаснее.

Как только посуда была убрана, она вышла в коридор и быстро достала телефон.

Кристина ответила на третьем гудке.

— Ты где? — прошипела Алина.

— Доброе утро тебе тоже.

— Твой отец спрашивает, куда ты уехала.

— А ты что сказала?

— Что проспала и не знаю.

На том конце повисла пауза.

— Ой.

— Кристина.

— Ладно-ладно. Скажи, что у меня срочно всплыла проблема с другим групповым проектом и я поехала встречаться с ребятами. Мы сдаём его в понедельник.

— И это правда?

— Часть про проект — да.

— А остальное?

— Потом расскажу.

Алина закрыла глаза.

— Ты вернёшься когда?

— Наверное, ближе к вечеру.

— К вечеру?!

— А что?

Что?

Она сейчас одна в доме с мужчиной, которого ночью видела в ситуации, о которой никак не может перестать думать.

Вот что.

Но этого Алине сказать было нельзя.

— Ничего.

— Ты какая-то странная.

— Просто устала.

— Папа дома?

Алина посмотрела в сторону гостиной.

— Да.

— Тогда вообще не понимаю проблему.

Конечно, не понимает.

— Всё. Пока.

— Алина…

Она отключилась первой.

Несколько секунд просто смотрела на экран.

Кристина оставила её здесь.

До вечера.

С Максимом.

Один на один.

Это уже походило на издевательство.

Алина вернулась через гостиную.

Максим сидел на диване с планшетом.

Она попыталась пройти мимо незаметно.

— Поговорила с Кристиной?

Пришлось остановиться.

— Да. У них срочно что-то с проектом. Поехала встречаться с группой, потому что в понедельник сдача.

— Ты не с ней?

— У нас разные группы.

— Понятно.

Он отложил планшет.

— Если тебе нужно домой, я отвезу.

— Не надо.

Слишком быстро.

Максим приподнял бровь.

Алина тут же добавила:

— Я ещё хотела почитать. Здесь тихо. Потом сама уеду.

— Как хочешь.

Она кивнула и почти сразу пошла к лестнице.

— Алина.

Сердце дёрнулось.

Она обернулась.

— Да?

Максим смотрел на неё с заметным беспокойством.

— Если тебе правда плохо, скажи. Ты бледная, потом краснеешь. Может, давление?

Вот теперь ей стало действительно жарко.

Если бы он только знал.

— Всё нормально. Правда.

— Уверена?

— Да.

Она улыбнулась — слишком натянуто.

— Просто недосып.

— Хорошо.

Алина поднялась наверх настолько быстро, насколько могла, не переходя на бег.

Закрыла дверь.

Прислонилась к ней спиной.

И только тогда позволила себе выдохнуть.

— Это невозможно.

Она села за стол, открыла конспект.

Прочитала одну страницу.

Ничего не поняла.

Начала сначала.

На середине первого абзаца снова вспомнила Максима.

Его голос утром.

Его руки на чашке.

Его взгляд, когда он спросил, не плохо ли ей.

А затем память без разрешения вернула прошлую ночь.

Алина захлопнула тетрадь.

Нет.

Так она с ума сойдёт.

Ей нужен холодный душ.

Очень холодный.

Она взяла полотенце и направилась в ванную при гостевой комнате.

Вода действительно помогла.

Примерно на две минуты.

Потом стало ещё хуже.

Алина стояла под струями воды, закрыв глаза, и пыталась думать об экзамене.

О билетах.

О курсовой.

О чём угодно.

Но имя в голове всё равно было одно.

Максим.

Она выключила воду.

В ванной стало тихо.

Слишком тихо.

И именно тогда Алина поняла, что осталась в этом доме с ним совершенно одна — и до вечера никто не вернётся.

У неё было несколько часов, чтобы взять себя в руки.

И почему-то впервые она не была уверена, что сможет.

Холодный душ не помог.

Алина поняла это через десять минут после того, как вернулась в комнату.

Она надела длинную футболку, забралась под одеяло и снова открыла конспект. Читала одну и ту же строку четыре раза.

Бесполезно.

В голове была не теория.

Не экзамен.

И д

Алина смотрела на Максима и уже жалела, что не ушла сразу.

Его очередь отвечать.

Эти слова прозвучали слишком опасно.

— На что? — спросила она.

— На то, о чём ты сейчас думаешь.

— Вы не знаете, о чём я думаю.

— Думаю, теперь примерно представляю.

— То