Андрей вышел к журналистам после благотворительного мероприятия. Я смотрела трансляцию из кухни поп-апа. На плите кипел соус. На экране улыбался мой муж. Бывший почти муж.

— Господин Громов, — крикнул кто-то, — можете объяснить выплаты Олегу Морозову?

Ул

В зале слушаний не было камер. И это мне понравилось. Никто не мог вырезать мою реакцию, наложить музыку или выбрать один кадр, где я выгляжу хуже всего. Здесь всё оставалось в протоколе. Андрей пришёл с тремя юристами. Ксения — отдельно.

Она не посмотрела

Ксения пришла без Андрея. Это уже многое говорило. В переговорной сидели четыре адвоката. Мой. Её. Ещё двое специалистов по цифровым материалам. Никакой кофе. Никаких попыток изображать мир. Ксения положила телефон на стол.

— Здесь переписка.

Анна спросила