Юлия не спала почти всю ночь. В три пятьдесят пять скрипнула оконная рама. Она даже не испугалась.

— Ты когда-нибудь начнёшь пользоваться дверью? — хрипло спросила она.

Андрей пролез внутрь, улыбаясь.

— Когда твой отец перестанет смотреть на меня так, будто я пришёл украсть его единственную корову.

Он лёг рядом и сразу притянул её к себе.

— Ну? Что они сказали? Когда свадьба?

Юля открыла рот.

«Меня выдают за другого. И жених — не ты».

Слова не вышли. Она спрятала лицо у него на груди и заплакала. Андрей мгновенно перестал шутить.

— Юль? Что произошло?

Она не ответила.

— Они опять хотят, чтобы мы подождали?

— Они не могли… — только и выдавила она. — Не могли так со мной.

Андрей гладил её по волосам, спрашивал, пытался успокоить, но Юлия плакала, пока не уснула от усталости. Утром его уже не было. На тумбочке лежала записка: «Я найду тебя после работы. Что бы ни случилось, мы решим».

От этих слов стало ещё больнее. Юлия ушла из дома без завтрака. Это была глупая детская месть родителям, и к десяти утра желудок уже урчал так громко, что Григорий Павлович посмотрел на неё поверх очков.

— Белова, если собираешься падать в обморок, сначала закончи отчёт.

— Очень человечно.

— Я старый. Мне можно.

Юля впервые за утро улыбнулась. Работа хотя бы не спрашивала, кого она любит и за кого обязана выйти. К полудню всё испортилось. Григорий Павлович позвонил из главного дома Вороновых и попросил принести папки с договорами. Нужной флешки Юлия не нашла, пришлось собирать бумажные копии.

Она попросила Надежду занести папки вместо неё. Почти получилось. Юля уже собиралась уйти, когда услышала:

— Юлия?

Светлана Воронова стояла в холле. Высокая, безупречно одетая, с тем же выражением лица, которое Юля помнила с детства: сначала осмотр, потом приговор. Взгляд Светланы прошёлся по её фигуре.

— Да. Работы будет много.

— Простите?

— Платье. Две недели — почти ничего. И тебе срочно нужна диета.

Юлия застыла.

— Мне нужно вернуться в офис.

— О, не глупи. Теперь у тебя другие приоритеты.

Светлана взяла её под локоть.

— Маргарита снимет мерки. В пятницу будет помолвочный ужин.

Юлия резко остановилась.

— Какой ещё ужин?

— Ваш.

— У меня нет помолвки.

Светлана впервые удивилась.

— Михаил уже договорился о дате. Через две недели вы должны явиться в ЗАГС. Церемонию он тоже распорядился подготовить.

У Юлии зазвенело в ушах.

— Он что сделал?

Светлана потянула её дальше, словно вопрос был неважен. В мастерской Маргарита сидела над эскизом. Увидев Юлю, она подняла брови.

— Почти не изменилась. Только в ширину.

Юлия медленно повернула голову.

— Рита.

— Что?

— Ещё одно слово о моём теле — и мерки будете снимать с манекена.

Маргарита моргнула. Светлана нахмурилась.

— Не начинай. За две недели хороший диетолог…

— За две недели я могу только перестать слушать людей, которые считают мой вес семейным проектом.

Юлия сама удивилась, что голос не дрожит. Но когда Светлана снова произнесла «свадьба через две недели», выдержка кончилась. Юля развернулась и почти выбежала из комнаты. В коридоре она врезалась в мужчину. Высокий. Тёмные волосы. Холодные серые глаза.

Михаил. Она узнала его не сразу. Он удержал её за плечи, чтобы она не упала.

— Юлия?

Она сбросила его руки.

— Не трогайте меня.

И убежала. Михаил вошёл в мастерскую.

— Что произошло?

— Не знаю, — сказала Маргарита. — Мама сказала про свадьбу.

Он перевёл взгляд на Светлану.

— Ты сказала ей?

— А она не знала?

В комнате повисла тишина. Михаил закрыл глаза на секунду.

— Я собирался поговорить с ней вечером.

— Какая разница? — Светлана пожала плечами. — Всё уже решено.

Михаил посмотрел вслед Юлии.

— Рита, делай эскизы. Завтра она вернётся на мерки.

Юлия этого уже не слышала. Она бежала к реке, пока не заболело в боку. Только на знакомой тропе остановилась, согнулась, пытаясь отдышаться, и выругалась сквозь зубы. Две недели. Он поставил дату. Не спросил её.

Не позвонил. Даже не встретился. Просто решил. Телефон дрогнул в ладони. Сообщение от Андрея:

«Где ты?»

Юлия посмотрела на реку. На место, где вчера они праздновали одобренную ипотеку. На место, где ещё вчера она была уверена, что знает, как будет выглядеть её жизнь. Она набрала:

«Приходи сюда. Сейчас».

Ответ пришёл сразу.

«Буду через десять минут».

Юля села на траву и впервые за сутки почувствовала не только страх. Злость. Когда Андрей придёт, она расскажет ему всё. Про договор. Про долг. Про Михаила Воронова.

И про свадьбу, которую назначили через две недели без её согласия.

Андрей прибежал через восемь минут.

— Что случилось?

Юля встала. Она решила не смягчать.

— Родители пять лет назад пообещали меня Михаилу Воронову вместо Софии.

Андрей остановился. Юлия продолжила, пока у неё хватало воздуха.

— Он вернулся. Его отец держит часть папи

Михаил ожидал слёз. Возможно, истерики. Вместо этого Юлия положила на его стол блокнот.

— Первый вопрос. Какая точная сумма долга моей семьи перед вашей?

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Добрый вечер.

— Добрый. Сумма?

Виталий, сидевший рядом с сестрой, кашлянул, скр